:: новости :: история :: песни :: концерты ::
:: дискография :: видеография :: места ::
:: фотоальбом :: рукописи :: библиотека ::
    ! :: камчатка :: стена :: отзывы :: встречи ::
:: чат :: стихи цою :: обои :: песни цою ::
:: рисунки цою :: ссылки :: войти ::
БИБЛИОТЕКА

Двадцать первое. Звезда.


Каждый удар колокола отдавался в его сердце болью… Удар, еще удар.… Эта боль была не такой, не такой, как надо. Её, на удивление, нельзя было снять таблеткой аспирина, о ней нельзя было на время забыть, засмотревшись на мигающую неоновым светом витрину. Июнь на Дальнем Востоке выдался, как всегда, холодным и суровым. Что никого не удивляло, ведь каждый год повторялось одно и то же: грязная нудная старуха-осень, долгая темная, почти черная, зима с ее сорокоградусными морозами, прохладная весна, пролетающая, словно одно мгновение и дождливое короткое лето, однообразное, словно черно-белый фильм, немое кино с нелепым началом и таким же нелепым концом. В этом городе жизнь тянулась бесконечной лентой, беспрерывной чередой тусклых красок, пустых окон и бессмысленных взглядов, жалко претендующих на значимость. Он шел по серому тротуару, украшенному глубокими выбоинами и любовался на светящиеся желтым светом электрических лампочек окна. Он уже не бежал, как это было раньше. Действительно, когда-то он пытался спастись бегством, пересекал, спотыкаясь, десятки пустых одноликих улиц, падал, обхватив руками голову и закрыв глаза. За ним не гнались толпы разъяренных парней, страдающих массовым идиотизмом, его не преследовали стаи волков или призрачные видения. Он бежал от себя, так как его суть сама по себе казалась ему бесполезной и даже опасной для окружающих. Опасной, потому что эта суть без его на то согласия порывалась разрушить мир этих людей из этого города и сотни других, похожих друг на друга городов. Она жарко протестовала, рвалась на какие-то отчаянные действия, не раз побеждая его самого. Эта суть была не такой, какой положено быть сути. Она хотела что-то поменять, бунтовала и не соглашалась. А он, на самом то деле, был полностью солидарен с ней, но обстоятельства не давали ему жизни, не было в этом городе места, где бы он мог ощущать себя в безопасности. Стоячая вода маленькой провинции, словно тиски, сжимала его душу, принуждая смириться. Он бежал от города. Он бежал от города по городу. Абсурд. Многие прятались дома, дома для него не было места. Он скрывался от домашних скандалов. В этой квартире все было так, как у других, то же смирение с обстоятельствами, противное до боли. Даже горестное «Так жить нельзя!» в их устах звучало умиротворенно. Фразы «Жизнь прожита, поздно что-либо менять» или «Так все живут!» раздражали и выводили его из себя. Сумерки, словно голодные псы свою жертву, медленно окружали его со всех сторон. Домой можно было совсем не возвращаться, увлеченные спором, никто и не заметит его отсутствия. Он уже не смотрел под ноги, он задрал голову и, не мигая, уставился в черно-фиолетовое небо, стараясь предугадать рождение первой звезды. Лучшим собеседником для него было одиночество и лучшим другом тоже было оно. Звезда все не появлялась, он, не замечая, удалялся в запущенную часть города, в которую его нога не ступала ни разу. Эти его побеги даже полезны, так можно получше разузнать географию пустынного городка. Но он не отводил глаза от неба, ведь тогда он мог пропустить одно из самых прекрасных зрелищ планеты. Наконец сиреневатая дымка начала плавиться, и остро наточенные лучи проткнули плотную массу неба. Он радостно вздохнул и сразу почувствовал жжение на левой руке. Подставив руку под бледный свет уличного фонаря, он увидел на запястье звездочку, нарисованную шариковой ручкой синего цвета. В плавно тающем свете тонкие линии отчего-то казались кроваво-красными. И тут его сердце дрогнуло. Да так, что ему показалось, будто земля встряхнулась вместе с ударом сердца. Он забыл! Как он мог это сделать? Еще с вечера он нацарапал эту звездочку, чтобы не забыть, чтобы вспомнить о Нем двадцать первого. Ему было не с кем встретить эту дату, но, тем не менее, он собирался ее отметить! Он бы слушал его песни до утра, он спел бы и сам, перебирая пальцами струны гитары, а потом и сам сел бы что-то сочинять. Эти самые сочинения, эти стихи, крики души, хранились в потрепанной тетрадочкe в ящике стола. Он не прятал их от родителей, ведь, даже если бы их обнаружили, никто и не подумал бы, что это его стихи… Он редко перечитывал их вслух, он хотел, чтобы кто-то еще почитал их, чтобы кто-то такой же, как и он, чтобы они вместе поговорили, пофилософствовали на тему этих стишков и жизни в целом. Чтобы ему сказали, что стихи хорошие или плохие, чтобы хоть кто-то задумался и погрустил вместе с ним. Но никого не было. Ни тогда, под фонарем, ни до этого. И он понял, что потерял этот день, этот год, что забыл дату, которую ждал двенадцать нудных месяцев, согревая сердце приближением Его дня. Ему было больно, и он никак не мог взять себя в руки. Ведь он надеялся на двадцать первое, ему казалось, что в этот день произойдет что-то очень значимое, способное изменить его жизнь! Он опять отчаянно задрал голову и попытался вглядеться с небо, уже усыпанное миллионами звезд. Не сложатся ли из звезд очертания Его лица? Нет.… Пройдя еще, как ему показалось, пару шагов, он вдруг заметил оранжевую точку костра. Удивленный, он приблизился и рассмотрел…Стену. На мгновение он онемел. Он никогда и не подозревал о существовании в этом городе Его Стены. Но, когда прошло оцепенение, он понял, что город, совсем небольшой, кончился. Стена, оказывается, находилась за городом. И костров оказалось несколько. И вокруг них сидели люди. Непонятно было, что они играют, что поют, о чем переговариваются. Они сидели отдельными группами, но с его положения было видно, что издали, получается, что все эти кучки сливаются в большое кольцо вокруг большого огня! Неожиданный порыв ветра сорвал капюшон с его головы, заставил высоко поднять голову, и помог осознать.… Да, он вдруг понял, что все они тоже вытеснены городом, что Стена находится посреди непролазной свалки, но она есть. Больше он не думал. Перепрыгивая через высокие горы строительного хлама, отчаянно улыбаясь и безостановочно смеясь, он бежал к огню. Он не пытался предсказать, примут его или прогонят прочь, он знал, что, если не примут, то больше уже ничего не будет, а тогда все равно.… И он уселся в круг со всеми на какой-то обломок грязного кирпича, и никто не заметил его прибытия…. Он как бы сам по себе слился, врос в толпу этих объединенных одной свободой людей, он был, наконец, Дома…

(C) Forever




Комментарии

DorothyUnfix: Absolutely NEW update of SEO/SMM package "XRumer 16.0 + XEvil": captcha breaking of Google, Facebook, Bing, Hotmail, SolveMedia, Yandex, and more than 8400 another categories of captcha, with highest precision (80..100%) and highest speed (100 img per second). You can connect XEvil 3.0 to all most popular SEO/SMM software: XRumer, GSA SER, ZennoPoster, Srapebox, Senuke, and more than 100 of other programms. Interested? There are a lot of impessive videos about XEvil in YouTube. See you later! XRumer20170718 19.07.2017 03:25
DorothyUnfix: Absolutely NEW update of SEO/SMM package "XRumer 16.0 + XEvil 3.0": captchas recognition of Google, Facebook, Bing, Hotmail, SolveMedia, Yandex, and more than 8400 another size-types of captchas, with highest precision (80..100%) and highest speed (100 img per second). You can connect XEvil 3.0 to all most popular SEO/SMM programms: XRumer, GSA SER, ZennoPoster, Srapebox, Senuke, and more than 100 of other programms. Interested? You can find a lot of impessive videos about XEvil in YouTube. Good luck ;) XRumer20170718 18.07.2017 21:55
Рина: Я тоже ищу свой дом, я тоже живу в чужой квартире, с людьми, у которых холодные сердца. Но я не могу убежать, не могу оставить эту квартиру. Мне страшно что-то менять. 02.08.2010 10:56


* Ваше имя
Ваш комментарий

* Введите код, который вы видите на картинке












RomanKuehl.de